Сотир Черкезов – летчик, конструктор, курьер Ленина…

По вопросу, кто является первым болгарским авиаконструктором, и какой самолет был первым болгарским, нет единого мнения. Одни источники указывают на Асена Йорданова, о котором я вам уже рассказывал, и его биплан «Йорданов-1». Другие отдают право первенства Харалампи Джамджиеву, а третьи настаивают на личности Сотира Черкезова.

Мне сложно судить, какая версия ближе к истине, однако личность Сотира Черкезова вполне заслуживает того, чтобы рассказать о нем подробнее. 

21 декабря 1882 года (по старому стилю) в Свиштове, в семье Петра и Маринки Черкезовых родился сын Сотир. Мальчик рос эмоциональным и любознательным, непримиримым к любой несправедливости. Однажды, еще ребенком он прыгнул с крыши сарая со старым зонтом, чуть не сломав себе ноги. Его буйный характер проявился в школе.  Позже сам Черкезов вспоминал:

Нашлись учителя, которые пытались заступиться за меня, как за сильного ученика, но директор решительно заявил: «Такому бунтарю нет места в моей школе!». Мне очень хотелось учиться, и я занялся самообразованием. Самостоятельно изучал физику, химию, историю, географию. Мечтал о путешествиях. Решил отправиться в Россию, чтобы поступить там в какое-нибудь техническое училище…

В 1902 году после лекции основоположника болгарской авиации Харалампи Джамджиева у Сотира проснулся интерес к полетам и, два года спустя, он отправился в Россию, чтобы записаться в техническое училище, но это ему не удалось. Во время революции 1905 года Черкезов помогал забастовщикам распространять листовки.

В Болграде (Бессарабия) он женился на девушке Агафье из болгарской семьи, переселившейся в Россию после Крымской войны. Родители Сотира настояли, чтобы молодожены переехали в Болгарию.  Первоначально молодая семья поселилась в Свиштове, у них родились двое детей – Надежда и Иван. Сотир работал на мельнице своего отца, применяя в работе свои технические знания. Агафья тосковала по близким, и непрестанно уговаривала мужа вернуться в Болград.

В конце 1910 года Сотир Черкезов приехал в Санкт-Петербург и начал работать в мастерской Стеглау. Главной сферой деятельности мастерской было строительство и ремонт водопровода и канализации, скоро в ней начали строить аэропланы. Иван Иванович Стеглау, как и Сотир, был увлечен авиацией и разрабатывал свои конструкции самолетов. Он также прибегал к услугам сторонних изобретателей. Желание Черкезова построить свой самолет поддержал инженер Николай Васильевич Ребиков. Финансовый вопрос также был решен. В Болграде молодая жена Сотира принесла большую жертву – продала поле, доставшееся ей по наследству. Также помог друг Сотира – болградский адвокат Титоров, собравший часть необходимой суммы по подписке.

Летом 1911 года Черкезов на пожертвования бессарабских болгар построил самолет по собственному проекту. В нем он впервые в мире применил треугольную схему шасси с колесом на носу аппарата.

Эта схема стала традиционной в самолетостроении и используется до сих пор. Черкезов назвал свой  биплан «Князь Борис Тырновский». Первый полет был совершен 20 января 1912 года в день совершеннолетия наследника болгарского престола. На аэродроме «Крылья» под Санкт-Петербургом Сотир поднял свой самолет на высоту 300 метров. Русские и болгарские газеты писали об успешном полете болгарина. О нем сообщили «Новое время» и «Петербургская газета», а «Петербургский листок» и «Южная мысль», выходившая в Одессе озаглавили свои заметки: «Первый болгарский авиатор». Болгарская газета «Утро» восторженно заявляла:

Теперь у Болгарии есть свой первый авиатор-изобретатель!

В авиационной школе Всероссийского императорского аэроклуба в Гатчине Черкезов был единственным болгарином. Его инструкторами были известные авиаторы: Владимир Лебедев, Николай Костин и Александр Раевский, с которыми он летал на самолетах «Фарман» и «Блерио». Школу Сотир окончил с отличием и 16 октября 1912 года получил диплом пилота №93.

Во время Балканской войны Черкезов добровольцем вступил в болгарскую армию и служил в Первом аэропланном отделении, но без разрешения совершать полеты. Приказом № 31 от 24 апреля 1912 г., вопреки его огромному желанию служить Сотир был отчислен из авиации.

Позже – писал он в своих воспоминаниях – с болью в сердце я узнал, что после Балканской войны правительство считало людей вроде меня – русских воспитанников — русскими агентами. Болгарское правительство оскорбило наши патриотические чувства. Я был уволен из военно-воздушных сил.  

Хотя и с большим трудом, он смог получить разрешение на выступления на территории Болгарии с лекциями по авиационной тематике. Первые лекции Сотир прочел в своем родном городе и в селе своего деда – Горна Липница. На лекциях в Варне в 1914 году он предлагал закупить гидропланы, обосновывая это необходимостью взаимодействия между авиацией и флотом.

В конце мая 1914 года Черкезов был вызван в Софию, в Дирекцию полиции, где ему вручили приказ, подписанный премьер-министром Радославовым, которым Сотиру запрещалось чтение лекций. Это заставило его прислушаться к жене и уехать в Болград. Однако, в планы вмешалась Первая мировая война. Агафья отправилась к своим родителям в Болград, а Сотир – во Львов.

Он добровольцем поступил в XI Корпусной авиационный отряд при Третьей армии Западного фронта, которой командовал другой болгарин — генерал Радко Димитриев. С 3 сентября 1914 г. до апреля 1915 года проходил курсы повышения квалификации в Гатчинской авиашколе. В дневнике боевых действий XI истребительного авиаотряда, хранящемся в Военно-историческом архиве России, говорится:

Служащий Черкезов на самолете «Депердюссен» №91 совершил разведку войск противника по приказу штаба 3-й армии 22, 24, 27, 28 и 30 апреля 1915 г., пролетев в эти дни всего 6 часов и 15 минут.

Открытка «Болгарский авиатор С.П. Черкезов, участник Балканской войны 1912-13 годов». На обороте подпись: «Получена от авиатора Черкезова, с которым познакомился в поезде в августе 1914 г.»

Однако вскоре командующий 3-й армией Димитриев был заменен другим военачальником, а Сотир арестован по обвинению в шпионаже. Создалась парадоксальная ситуация – в Болгарии его обвиняли в том, что он – русский шпион, а в России – в том, что болгарский.

Меня заперли в сельском доме. Два дня прошли в ожидании, меня допросили и затем под конвоем отправили в Петроград. Там в гарнизонной тюрьме я провел полгода в тоске и отчаянии.

Выяснилось, что Черкезова оклеветали. Обвинение с него было снято, но, как и другим болгарам, ему было запрещено жить в Петрограде. Его отправили под наблюдение полиции в Казань, где он работал инструктором в местном аэроклубе.

В январе 1917 года Сотир Черкезов вернулся в Петроград. Участвовал в Октябрьском вооруженном восстании, в обороне Петрограда в составе Красной Гвардии. Работал в Агитпропотделе. В 1918 и 1919 годах дважды выполнял поручения В.И. Ленина — совершал трудные переходы через фронты и границы, доставлял письма руководителям Болгарской компартии (Болгарской рабочей социал-демократической партии (тесных социалистов)). В 1919 году окончательно поселился в Болгарии.

После переворота 9 июня и последовавших событий 1923-1925 годов считался неблагонадежным.  Его супруга как иностранная гражданка и женщина прогрессивных убеждений была вынуждена покинуть Болгарию – она вернулась к своим родителям в Болград, который тогда находился под властью Румынии. Понимая, что оставаться на родине крайне опасно, в 1926 году и сам Сотир эмигрировал во Францию, где работал на авиационных заводах в Париже и Лионе.

В 1931 году новое правительство Болгарии объявило амнистию политическим эмигрантам, и Черкезов вернулся. Он получил от Министерства просвещения разрешение на публичные выступления и путешествовал из города в город. С привезенными из Франции макетами самолетов и фильмами он выступал с лекциями об авиации и противохимической защите по всей стране. В 1933 году он связал свою жизнь с Николиной Маневой.  Семья поселилась в Велико Тырново, где у них родились две дочери – Маргита и Надежда.

Черкезов с втората си съпруга Николина Манева, 1933 г.

11 сентября 1944 года, вместе с десятилетней Маргитой,  Сотир был на площади «Баждырлык», где горожане встречали спустившихся с гор партизан.

После встречи с ними Сотир допоздна не мог заснуть – вспоминала его жена – ходил по двору, что-то обдумывая. Утром сказал мне: «Отправляюсь на фронт. Не могу стоять в стороне». Он был непреклонен и ушел.

Черкезов был назначен переводчиком в штаб Второй армии, наступавшей в направлении реки Морава. Работал много с большим напряжением. Во второй половине ноября 1944 года силы его были совершенно исчерпаны. По настоянию врачей он оставил военную службу и вернулся в Тырново. В 1949 году семья Черкезовых переехала в Софию. В том же году Сотиру как «заслуженному бойцу революции» была назначена пенсия.

В 1950 -1958 годах Сотир Черкезов работал в управлении строящегося завода высоковольтной аппаратуры «Васил Коларов», в 1957 году был избран «Почетным гражданином Софии».  Умер 1 февраля 1962 года в Софии.

Надежда КОНАКЧИЕВА, секретарь Народного читалища «Зора-1887» с. Горна Липница.

Материалы для статьи взяты из книг: Королева Е. В., Савова-Черкезова М. «Небесные побратимы» и С. Северняк «Крылья». Часть материалов предоставлены региональным историческим музеем Велико-Тырново, историческим музеем Свищова и Музеем авиации – Крумово.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *