Солдат XIX века

Вся жизнь Георгия Илиева Симеонова – Гаджала-воеводы, прошла в боях и сражениях, но история запомнила только его впечатляющее прозвище. О нём самом сейчас помнят немногие.

Георгий родился 15 сентября (по другим данным 15 ноября) 1808 (или 1811) года в городе Котел.  Его родители, Илия и Цона Симеоновы, были земледельцами среднего достатка.  Имя мальчику дали в честь деда – капитана Георгия Мамарчева, а его двоюродным братом был другой Георгий – Раковский.

город Котел

В 1828 году, во время русско-турецкой войны, Георгий был мобилизован османскими властями и отправлен на строительство укреплений в Шумен. Когда войска Дибича Задунайского овладели крепостями Силистра, Варна и Шумен, юноша добровольцем записался в русский казачий полк.  Он участвовал в боевых действиях вплоть до заключения Одринского мирного договора (2 октября 1829), принесшего свободу Сербии, Румынии и Греции (но не Болгарии).

капитан Георги Мамарчев

Когда капитан Георгий Мамарчев поселился в Силистре и стал кметом (мэром) города, племянник приехал к нему и включился в организованный им в 1835 году заговор – Велчову заверу . Когда заговор был раскрыт, а его участники во главе с военным руководителем – капитаном Мамарчевым были арестованы, Георгию удалось бежать в Россию. Позже он перебрался в Румынию.

В 1840 году с небольшой четой Георгий планировал через Браил и Галац проникнуть в Добруджу, но его предали, и румынские власти разогнали отряд. В следующем году он задумал похитить оружие из казармы румынской армии в Браиле, но вновь был выдан и арестован властями.

Вскоре, правда, его освободили, и с 1841 по 1847 год каждое лето он водил хайдушские четы по горам Стара Планина, а зимние месяцы проводил в Сербии и Румынии. Когда в 1848 году вспыхнуло восстание в Венгрии, Россия отправила против восставших двухсоттысячную армию.  Георгий, уже известный как Гаджал-воевода, собрал в Сербии небольшой отряд, присоединился к своим любимым казакам и участвовал в подавлении восстания. За проявленную храбрость был награжден медалью.

После этого Георгий поселился в Бухаресте, женился и попытался вести жизнь мирного обывателя. Но вспыхнула Крымская война, и он снова взял в руки ружье. Сначала он служил в 9 казачьем полку, а после взятия Мачина был переведен в Пятый корпус генерала Лидерса. 26 марта 1856 года он был уволен в запас со скромной пенсией.  Но сердце бойца не могло успокоиться – как только звучала боевая труба, он становился в строй.  С 1856 до 1858 год он служил при русском офицере болгарского происхождения Иване Кишельском. Участвовал в Кавказских войнах и подавлении Польского восстания 1863 года.

В 1876 году участвовал в сербско-турецкой войне в составе отряда капитана Райчо Николова, входившего в русско-болгарскую добровольческую бригаду полковника Н. Медведовского. Сражался при селе Гырляне и при Кревет-Гредетин, 15 сентября, проявив исключительную храбрость. В этих боях погибли один из его сыновей и племянник.

24 апреля 1877 года в Кишиневе, когда был оглашен манифест русского императора Александра II об объявлении войны Турции, перед генералом Столетовым предстал высокий, сухощавый, усатый пожилой мужчина. В одной руке он держал овечью шапку, а в другой – котомку. Столетов с удивлением услышал, что этот старик желает записаться в болгарское ополчение. Когда генерал спросил его, чем он занимался раньше, Гаджал-воевода ответил «Всю жизнь я был солдатом». Столетов лично приказал подполковнику Калитину зачислить храбреца в 3-ю дружину. Георгий принимал участие во взятии Тырново, переходе через перевал Хаинбоаз, в боях за Мыглиж, Казанлык, Стара Загора, защищал Шипку, сражался при Шейново, Врыбнице, Садово. Был серьезно ранен в руку и ногу.

В конце войны его 57-летняя жена Теодорица родила после двух сыновей дочь – Парашкеву.

Едва Георгий снял ополченческую форму и оправился от ран, как в октябре-ноябре 1878 года неспокойный характер бросил его в огонь Кресненско-Разложского восстания.  70-летний «дедушка Георгий» выделялся среди четников своей белой бородой, на его груди сверкали ордена и медали. От старости руки его уже не могли держать ружье, но духом он был бодр. Однажды во главе 50 повстанцев он взял в плен 125 солдат регулярной турецкой армии.  Был в очередной раз ранен – в этот раз в ногу, но «не так опасно».  Как бы невероятно это не звучало, престарелый Гаджал-воевода принял участие добровольцем и в сербско-болгарской войне 1885 года.

После войны он поселился в Русе и жил на скромную пенсию 70 левов. Как горячий сторонник России в 1887 году поддержал Русенский русофильский бунт. После разгрома заговорщиков окружной управитель начал преследовать воеводу и тот бежал в Румынию, где жил у родственников. Пенсии его лишили.

Больше, чем через восемь лет, в 1895 году Гаджал-воевода вернулся в Болгарию и обратился с прошением в Народное собрание, а затем к князю Фердинанду, прося вернуть ему пенсию. Это стоило больших усилий и унижений.

Ваше Царское высочество. Я родом из города Котел и уже 50 лет доброволец, участвовал во многих войнах…  несколько раз был ранен. Впоследствии за эти заслуги и в связи с бедностью уважаемое Народное собрание выделило мне очень скромную пенсию, которой я едва могу себя содержать…просить милостыню не в моем характере…вследствие бедственного моего состояния и старости я был вынужден несколько раз просить Народное собрание и соответствующее министерство увеличить мою пенсию, а также выдать ту, которой меня лишили…К сожалению, неоднократные мои просьбы всегда оставались без результата, и я вынужден обратиться к Вашему царскому высочеству с настоящей покорной просьбой, чтобы вы благоволили издать высочайший приказ об увеличении моей пенсии и выплате долга… Надеюсь, настоящая моя просьба будет уважена, чтобы я мог прожить свои последние годы в спокойствии, оставаясь Вашего Царского высочества самым покорным подданным. Георги Илиев — Гаджал Воевода. Неграмотен

Некоторое время он прожил в Софии, а затем вернулся в Русе – бедный, одинокий и больной.  Семья к тому времени распалась, дети не хотели и слышать о старике.

В этот критический момент руку помощи ему протянул сослуживец по Болгарскому ополчению Александр Николов, работавший машинистом на железной дороге и получавший совсем небольшую зарплату – 95 левов. Но он владел домом в Русе и землей в селе Голямо Враново.

…благодаря доброте его супруги и его (Николова) доброму сердцу, они ухаживали за престарелым  дедушкой Гаджал-воеводой, который болел в их доме несколько месяцев, стал совсем как малый ребенок  и умер на руках доброго Александра. …взять на себя труд и беспокойство о старом воеводе, который был им никем, служить ему с благоговением и заботиться о нем больше, чем о сыне и дочери… Это редкость. Сыновья покойного Гаджала-воеводы даже не попытались узнать о своем отце…

Гаджал-воевода умер 3 декабря 1899 года. Похоронили на следующий день. В знак глубокого уважения русенские ополченцы склонили знамя. Краткую речь произнес председатель союза добровольцев Христо Иванов. Георгия Илиева Симеонова называют «солдатом XIX века», поскольку большую часть этого столетия он не выпускал из рук оружия, участвуя в войнах и национально-освободительном движении болгарского народа.

По материалам

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *