Генерал Федор Радецкий

200 лет назад, 28 июля 1820 года в Санкт-Петербурге в семье отставного полковника Фёдора Фёдоровича (Фридрих Христофор) Радецкого, выходца из дворянского рода Радецких, прежде живших в Курляндии, и Евдокии Петровны, урождённой Жуковой, из дворян Полтавской губернии  родился Фёдор Фёдорович Радецкий — выдающийся русский полководец, генерал от инфантерии, генерал-адъютант. Герой Русско-турецкой войны 1877—1878 годов, руководитель обороны Шипки, национальный герой России и Болгарии, Почётный гражданин Санкт-Петербурга и Полтавы, почётный член Николаевской академии Генерального штаба.

В тяжёлых боях на Шипке в 1877 г. русские войска, руководимые Радецким, отразили турецкое наступление и затем героически выдержали изнурительное и затяжное «шипкинское сидение», а 28 декабря 1877 г. вся турецкая армия, блокировавшая Шипку, была взята Радецким в плен. Это сражение нанесло решающее поражение турецкой армии. После окончания войны Радецкого чествовали как национального героя.

Поступив 5 ноября 1834 г. в кондукторскую роту Главного инженерного училища и произведённый 14 марта 1838 г. в унтер-офицеры, Федор Радецкий по экзамену выпущен был 13 августа 1839 г. в полевые инженер-прапорщики, с оставлением при Училище для прохождения курса наук в инженерных офицерских классах. По окончании курса через два года, 9 сентября 1841 г. Радецкий был выпущен на действительную службу в Инженерный корпус и получил назначение в Варшавскую инженерную команду, откуда в 1842 г. переведён был на Кавказ — в Грузинский инженерный округ.

Первым подвигом молодого военного инженера была постройка оборонительной башни на Каменном мосту, в верховьях реки Кубани, где приходилось работать под неприятельскими выстрелами.  5 июня 1845 года, под личным руководством Главнокомандующего, генерал-адъютанта князя М. С. Воронцова он участвовал в штурме горы Анчимеер и за отличие в этом деле произведён в поручики. 21 июня у Занак-Бака Радецкий участвовал в рукопашной схватке при отражении неприятеля. За отличие при Дарго Радецкий 4 августа 1845 г. получил орден св. Станислава 3-й степени.

Более подробно о службе Ф.Ф. Радецкого на Кавказе можно прочесть на соответствующей странице в Википедии.

В июле 1847 г. он отправился в Санкт-Петербург для поступления в Императорскую Военную академию, окончив курс которой 19 июля 1849 г. по 1-му разряду и с производством 25 июля в штабс-капитаны, отправился в действующую армию, в 5-й пехотный корпус, действовавший против Венгерских мятежников в Трансильвании. После прекращения военных действий Радецкий возвратился в придунайские княжества и оттуда – в Россию.

По возвращении Радецкий по собственной просьбе был командирован на службу в отдельный Кавказский корпус, куда и отправился в ноябре 1850 года. За отличные успехи в науках в Императорской Военной академии 22 декабря был произведён в капитаны с переводом в Генеральный штаб.

Назначенный исполняющим должность старшего адъютанта в штабе командующего войсками Прикаспийского края по части Генерального штаба, Радецкий за отличие, оказанное в делах с горцами на Лезгинской линии, получил 16 декабря 1852 года орден св. Анны 3-й степени и 16 июня следующего года именное Монаршее благоволение в Высочайшем приказе.

Произведённый 11 апреля 1854 г. в подполковники, Радецкий в кампании этого года был в экспедиции в Салатавию, где в июле принимал участие в занятии Буртуная, в августе был в перестрелках с горцами под Турчидагом, в октябре — в движении из Темир-Хан-Шуры к Чир-Юрту и обратно и за отличие в делах был награждён 4 октября 1855 г. орденом св. Владимира 4-й степени.

Взятие русскими аула Салта. 1847 год. Художник Франц Рубо

26 апреля 1855 г. Радецкий получил назначение заведующим штабом командующего войсками в Прикаспийском крае. 16 августа назначен начальником штаба 21-й пехотной дивизии и войск в Прикаспийском крае. За отличие в делах против горцев в 1855 году 10 октября 1857 г.  был произведен в полковники, а в кампанию 1857 года, за командование отрядом в сражении с горцами при урочище Джантай-Гол и за дела в Салатавии, ему объявлено дважды Монаршее благоволение и вручена императорская корона к ордену св. Анны 2-й степени.

Назначенный 1 декабря 1858 года командиром Дагестанского пехотного полка, Радецкий со своим полком в феврале—апреле 1859 г. совершил с отрядом барона А. Е. Врангеля экспедицию в Ауху и Ичкерию и совершил там много подвигов, один из которых был 1 июля отмечены орденом св. Георгия 4-й степени

В воздаяние за отличие, оказанное в экспедиции против Горцев, при переправе чрез р. Андийское-Койсу…

10 мая 1860 г. ему было пожалована золотая шашка с надписью «За храбрость». Затем Радецкий участвовал в штурме аула Гуниб и пленении Шамиля.

«Сдача Шамиля князю А.И.Барятинскому». Картина художника Алексея Кившенко

27 сентября 1860 года Радецкий штурмовал аул Беной; 18 ноября назначен исполняющим дела начальника штаба войск Терской области и 1 февраля 1861 г. вступил в должность. За отличие в кампании 1860 г. 15 июля 1861 г. был произведён в генерал-майоры с зачислением по Генеральному штабу.

26 апреля 1862 г. назначен помощником начальника Кавказской гренадерской дивизии. Участвовал в боевых действиях за Кубанью и в Черкесии по обе стороны Кавказского хребта, устройстве станиц и постов на реке Хабль. В 1863 г. находился в Закатальском округе по случаю возмущения тамошних жителей и за успокоение населения 5 сентября был награждён ордена св. Владимира 3-й степени с мечами.

После покорения Кавказа с 17 февраля 1865 г. Радецкий командовал 38-й пехотной дивизией. 6 марта 1868 г. получил в командование 21-ю пехотную дивизию и за отличие по службе 20 мая 1868 г. произведён в генерал-лейтенанты, а затем с 7 апреля 1871 г. командовал 9-й пехотной дивизией. 1 ноября 1876 г. был назначен командиром 8-го армейского корпуса.

С объявлением 12 апреля 1877 г. войны Турции, Радецкий выступил с 8-м армейским корпусом из Кишинёва и 19 апреля перешёл румынскую границу. При выборе места переправы через Дунай, Главнокомандующий о своём решении совершить переправу у Зимницы сообщил вечером 9 июня только генерал-лейтенанту Радецкому, войска которого в ночь на 15-е и должны были начать переправу под общим его руководством и под непосредственным начальством генерал-майора Драгомирова. Немедленно после переправы войска вступили в бой у Систова и взяли город. т16 июня 1877 г. Радецкий получил орден св. Георгия 3-й степени.

В награду за отличное мужество и храбрость, оказанные при переходе войск через Дунай у Систова 15 июня 1877 г.

После переправы через Дунай, 8-му корпусу приказано было следовать за передовым отрядом генерал-майора Гурко, служа ему частным резервом. 30 июня головные части корпуса прибыли в Тырново. После ряда перестрелок и мелких стычек, со взятием перевала Бердек и деревни Беброва, 7 июля был занят отрядами генерал-адъютанта князя Святополк-Мирского и генерал-майора Гурко Шипкинский перевал, а 19 июля Радецкому было приказано удерживать линию Сельви — Шипка — Елена.

21 июля Гурко занял позицию при южном входе в Хаинбогарское ущелье и предполагал, укрепившись здесь, выжидать перехода главных сил в решительное наступление через Балканы. Но Радецкий, которому он был подчинён, признавая положение передового отряда рискованным, приказал Гурко отступить. 7 августа армия Сулеймана-паши приблизилась к деревне Шипка.

В это время войска Радецкого, численностью около 40 тысяч, имевшие назначением, кроме обороны перевала, ещё обеспечивание со стороны Ловчи, левого фланга войск, сосредоточенных против Плевны и правого фланга Рущукского отряда со стороны Осман-Пазара и Сливно, были растянуты на 130-верстном пространстве отдельными отрядами, причём на Шипке было всего около 7 тысяч против 60 таборов (около 40 тысяч) турок. Радецкий предполагал, что армия Сулеймана двинется к Осман-Пазару на соединение с армией Мехемета-Али, или на Елену для действия во фланг, но уже 7 августа выяснилось, что против Елены у турок незначительное количество регулярных войск; вследствие этого, а также вследствие получения тревожных известий с Шипки 8 августа, Радецкий направил на перевал из Габрова 4-ю стрелковую бригаду.

9 августа турки штурмовали в лоб сильнейшую часть русских позиций на Шипкинском перевале. Отчаянные атаки продолжались 6 дней, после чего Сулейман отвёл свои войска несколько назад. К 11 августа русско-болгарские войска на Шипке понесли настолько большой урон, что положение защитников к полдню этого дня стало критическим.

Защита «Орлиного гнезда» орловцами и брянцами 12 августа 1877 года (А.Н. Попов 1893).

Между тем на выручку спешила 4-я стрелковая бригада, которую лично вёл Радецкий. Видя усталость людей, которые при жаре до 40° R едва передвигали ноги, Радецкий приказал посадить стрелков по 2-3 человека на казачьих лошадей. Стрелки как раз вовремя подоспели на выручку товарищей, которые уже начинали уступать натиску превосходных сил неприятеля.

Появление свежего отряда и бесстрашного начальника вызвало единодушное «ура» защитников, подняло дух солдат, — и турки были отброшены. Во время самого разгара боя генерал Столетов посоветовал Радецкому в одном месте ехать рысью, так как это место беспрерывно обстреливалось турками. Радецкий остановил лошадь, постоял немного и сказал: «Подлецы, скверно стреляют». В десятом часу вечера Радецкий объехал все позиции и благодарил храбрых защитников.

Радецкий

Атаки с 9 по 14 августа на гору св. Николая — ключ Шипкинской позиции — отличались такой настойчивостью и были настолько сильны, что, например, 12 августа сам Радецкий сам встал перед войсками и повел их в штыковую атаку. 15 августа он был награждён золотой шпагой с бриллиантами и с надписью: «За оборону Шипки с 9 по 14 августа 1877 года».

Отбитием августовских атак дело ещё не было окончено: надо было удерживать Шипку во что бы то ни стало. Пятинедельный период с 19 июня по 25 августа был критическим для русской армии, так как решительное и успешное наступление турок против одного из флангов не только вынудило бы остальные войска к отступлению, но они могли оказаться отрезанными от Дуная.

Особенно опасно было положение отряда Радецкого, как наиболее отдалённого от Дуная. Рассматривался даже вопрос об отступлении с перевала, но после личного осмотра позиций начальником штаба армии и его совещания с Радецким от этой мысли отказались.

В течение августа месяца русская армия была усилена шестью дивизиями и одной стрелковой бригадой (всего 85 тысяч), из которых 2-я пехотная дивизия и 3-я стрелковая бригада были двинуты к Сельви и образовали резерв для войск Радецкого.

5 сентября, после четырёхдневной артиллерийской подготовки, турки штурмовали гору св. Николая, но потерпели неудачу. На южном фронте Шипкинской позиции армия Реуфа-паши, хотя и превосходила в силах войска Радецкого, но не решалась что-либо предпринять, обе стороны лишь укреплялись и усиливали свои позиции.

Со второй половины ноября наступили лютые морозы и частые снежные бураны; войска страдали от неприятеля меньше, чем от холода и болезней, число заболевших и обморозившихся доходило до 400 человек в день. Наиболее пострадала 24-я пехотная дивизия генерала Гершельмана. Именно к этому времени относится знаменитый триптих В. В. Верещагина «На Шипке всё спокойно». К концу ноября в 20 батальонах было свыше 5000 больных, но русские войска продолжали удерживать перевал.

После падения Плевны было решено усилить отряды Гурко и Радецкого и немедленно по прибытии подкреплений к этим отрядам начать переход через Балканы. 10 декабря Радецкому были посланы подкрепления: 16-я пехотная дивизия, 3 батальона 3-й стрелковой бригады, 4-й сапёрный батальон и 9-й казачий полк. Они сменили обескровленную 24-ю пехотную дивизию. 22 декабря Радецкому были приданы ещё 30-я пехотная дивизия и три полка 1-й кавалерийской дивизии и приказано перейти в наступление 24 декабря. В штабе 8-го корпуса остановились на смелом и даже рискованном плане двойного охвата турецких.

К 24 декабря расположение войск было следующим: центр, под личным начальством генерал-лейтенанта Радецкого, — 14-я пехотная дивизия, Брянский полк и 2 сапёрные роты — на Шипке; правая колонна, под начальством генерала Скобелева 2-го, — 16-я пехотная дивизия, 3 стрелковых батальона, 2 сапёрных роты, 7 дружин болгарского ополчения, 1 казачий полк, Уральская сотня, одна горная и одна полевая батареи — близ селения Зелено-Древо; левая колонна, под начальством генерал-адъютанта князя Святополк-Мирского, — 9-я пехотная дивизия без Брянского полка, 4-я стрелковая бригада, 30-я пехотная дивизия, одна рота сапёр, болгарская дружина, одна горная и две полевых батареи и один казачий полк — в городе Трявне.

Правой колонне предстоял переход в 16—20 вёрст, левой – около 45. Обе колонны должны были подойти к турецким позициям к вечеру 26 декабря, а 27 утром атаковать. Колонна Святополк-Мирского 27 декабря в соответствии с планом вступила в бой с турками. Правая же колонна встретила на своём пути большие трудности, вследствие чего не могла выполнить план в точности и подошла к турецким позициям лишь утром 28 декабря.

Радецкий все время наблюдал за движением обходных колонн с горы св. Николая. Кроме того, получая всё время донесения от начальников отрядов, он мог составить ясное понятие о ходе дел. Видя затруднительное положение отряда Святополк-Мирского и для облегчения действий обеих колонн, Радецкий в 12 часов дня 28 декабря приказал начать фронтальную атаку на турецкие позиции. В атаку пошла 2-й бригада 14-й пехотной дивизии, которая потеряла в этот день 1700 человек, но отвлекла на себя 22 табора турок и почти всю их артиллерию. Результатом действия трёх отрядов под общим руководством Радецкого было пленение всей шипкинской армии Весселя-паши. В плен попали 41 табор (около 32 тысяч солдат), 103 орудия и 6 знамён. Потери русской армии составили около 5 тысяч человек.

Все турецкие отряды, занимавшие проходы в Балканах, поспешно отступили к Адрианополю (сегодня – Эдирне, Турция), а также 10-тысячный отряд, спешивший на усиление армии Весселя и находившийся от него всего в нескольких часах пути. Русские войска вклинились между армиями Сулеймана и Мехемета-Али, им был открыт путь на юг – к Адрианополю и Константинополю.  29 декабря 1877 года Радецкий был произведён в генералы от инфантерии и 4 января 1878 г. награждён орденом св. Георгия 2-й степени.

За пятимесячную храбрую оборону Шипкинскаго перевала и пленение 28 декабря 1877 года всей армии Вессель-Паши…

В апреле 1878 года Ф.Ф. Радецкий назначен генерал-адъютантом императора Александра II и шефом 55-го Подольского пехотного полка.

Чтобы использовать Шипкинскую победу, штаб русской армии решил, не давая времени туркам оправиться, наступать несколькими колоннами к Адрианополю, — из них левой, под начальством Радецкого, было приказано двинуться через Ески и Ени-Загру к Ямболу и оттуда долиной реки Тунджи к Адрианополю. 30 декабря отряд стал спускаться с Балкан, и к 6 января собрался у Казанлыка, где нашлись большие запасы продуктов и фуража.

Переход через Балканы, Павел Осипович Ковалевский

Колонна Радецкого, вследствие трудности спуска с гор по обледенелым кручам при 9—10° мороза, смогла только к 10 января стянуться к Ямболу и лишь 16 января, то есть через 9 дней после взятия города, ее головные части подошли к Адрианополю. 19 января в Адрианополе подписаны предварительные условия мира, но русская армия продолжала наступать и 11 февраля заняла Сан-Стефано, куда была перенесена Главная Квартира. К этому времени 8-й армейский корпус расположился в Чаталджи и Наташ-Киой.

После заключения Сан-Стефанского мира войска 8-го корпуса оставались на местах своего расположения до 30 августа, когда были посажены на суда и перевезены в Одессу. По возвращении в Россию Радецкого всюду встречали и чествовали, как национального героя. Он был избран почётным гражданином городов Полтавы и Санкт-Петербурга, причём столица поднесла ему богато украшенную саблю. Заслуги Радецкого признаны и иностранными государями, пожаловавшими ему свои ордена.

После войны Ф.Ф. Радецкий командовал 5-м армейским, а затем Гренадерским корпусами, войсками Харьковского, а затем Киевского военных округов.

В начале августа 1889 года во время торжественного смотра в Киево-Печерской лавре лошадь под Радецким поскользнулась и упала. Радецкий сильно повредил правую ногу. 18 августа 1889 года, находясь в постели из-за падения, Радецкий принимал поздравления с 50-летней годовщиной начала его военной службы. Вместе с поздравлениями он получил Высочайший приказ об увольнении с поста командующего Киевским округом и назначении членом Государственного и Военного советов. Данное назначение Радецкий воспринял как почётную отставку, что опечалило и потрясло его. 30 августа 1889 года он отправился в Крым для лечения и пробыл там до ноября.

В конце ноября 1889 года Радецкий прибыл в Одессу и занялся поисками квартиры, обзаведением обстановкой и прочими бытовыми вопросами. Спустя три недели он выехал в Санкт-Петербург, где представлялся императору Александру III. Во время аудиенции император, зная о скромном материальном достатке генерала, повелел выдать ему на обзаведение на новом месте 25 тысяч рублей. В Петербурге в те дни свирепствовала эпидемия гриппа. Заболел гриппом и Радецкий. Организм, ослабленный предыдущими болезнями и нервными переживаниями, не смог побороть болезнь, которая дала осложнения — Радецкого мучили приступы удушья. Радецкий уехал лечиться к своей второй жене Серафиме Петровне в Варшаву, где на протяжении двух недель его лечили лучшие врачи, определившие тяжёлую форму склероза венечных сосудов и сердечной аорты. Почувствовав некоторое облегчение Радецкий в сопровождении дочери Натальи поспешил в свой новый дом — в Одессу, куда прибыл 12 января 1890 года.

Казалось, что организм справился с болезнью, Радецкому было лучше и он строил планы деловых встреч на ближайшие дни. Однако в 12-м часу ночи 14 января 1890 года Радецкий, резко откинувшись на спинку дивана, внезапно прервал разговор с женой. На вопрос «Что с тобой?» он ответил слабым голосом — «Начало конца» и стал быстро бледнеть. В 23 часа 55 минут Радецкий скончался.

Дом в Одессе по улице Преображенской 2-а в котором умер Фёдор Радецкий

19 января 1890 года генерал от инфантерии Федор Федорович Радецкий при стечении множества народа был похоронен с воинскими почестями на Старом городском кладбище г. Одессы. 16 мая 1891 года на могиле был торжественно открыт памятник Ф. Ф. Радецкому (скульптор В. О. Шервуд). Памятник был разрушен вместе со всем кладбищем в 1933 г.

Фёдор Фёдорович был дважды женат. С первой женой, Ларисой Николаевной урождённой Ивановой был разведен. У них были дети: Фёдор — полковник, командир 1-го Закаспийского стрелкового батальона, Лариса — жена адъютанта Ф. Ф. Радецкого, в последующем генерал-лейтенанта русской армии Евгения Иосифовича Грозмани, Владимир, Наталия — известная сестра милосердия, Юрий, Елена, Борис — штабс-капитан лейб-гвардии 4-го стрелкового батальона, убит в русско-японскую войну, Ольга (в замужестве Розалион-Сошальская).

Вторая жена — Серафима Петровна, дочь генерал-майора Петра Семёновича Лебедева, редактора «Русского Инвалида»; детей у них не было.

Всеволод Модзалевский, русский офицер и полярник, писал о генерале Радецком в статье для Русского Биографического Словаря:

Имя Радецкого, доблестного героя Кавказа, Дуная и Шипки, навсегда будет дорого каждому русскому сердцу. Непреклонная решимость в достижении поставленной цели, бесстрашие, справедливость, постоянное горячее попечение о солдате, скромность после совершения подвига, простота и мягкость сердца, — вот черты этой чисто русской натуры. Это тот тип русских людей, которые, будучи поставлены силою обстоятельств к какому-либо делу, свято исполняют его, самоотверженно несут его тягости.

Федор Достоевский писал генералу Радецкому, своему старому товарищу:

Дорогой нам, всем русским, генерал и незабвенный старый товарищ Федор Федорович, может быть, Вы меня и не помните, как старого товарища в Главном инженерном училище. Вы были во 2-м кондукторском классе, когда я поступил по экзамену, в третий; но я припоминаю Вас портупей-юнкером, как будто и не было тридцати пяти лет промежутка. Когда, в прошлом году, начались Ваши подвиги, наконец-то объявившие Ваше имя всей России, мы здесь, прежние Ваши товарищи (иные, как я, давно уже оставившие военную службу), — следили за Вашими делами, как за чем-то нам родным, как будто до нас, не как русских только, но и лично, касавшимся. — Раз, встретившись нынешней зимой с многоуважаемым Александром Ивановичем [Савельевым — воспитателем Главного инженерного училища] и заговорив о войне, мы с восторгом вспомянули о Вас и о победах Ваших. Александр Иванович, услышав от меня, что я хотел бы Вам написать, стал горячо настаивать, чтоб я не оставлял намерения. И вот вдруг оказывается, что Вы, дорогой нам всем русский человек, тоже нас помните. Глубоко благодарим Вас за это. Здесь мы трепещем от страха, чем и как закончится война, — трепещем перед „европеизмом“ нашим. Одна надежда на государя да вот на таких, как Вы.

Дай же Вам Бог всего лучшего и успешного. С моей стороны посылаю Вам горячий русский привет и глубокий поклон. Теперь у нас светлый праздник: Христос воскресе! И да воскреснет к жизни труждающееся и обремененное великое Славянское племя усилиями таких, как Вы, исполнителей всеобщего и великого русского дела.

А вместе с тем да вступит и наш русский „европеизм“ на новую, светлую и православную Христову дорогу. И бесспорно, что самая лучшая часть России теперь с Вами, там, за Балканами. Воротясь домой со славою, она принесет с Востока и новый свет. Так многие здесь теперь верят и ожидают.

Примите, многоуважаемый Федор Федорович, этот привет и глубокий поклон мой как сердечное и искреннее выражение чувств от старого товарища и от благодарного русского покорнейшего слуги Вашего Федора Достоевского».

В городе Габрово (Болгария) именем Радецкого названа одна из центральных улиц и сооружён его бронзовый бюст.

Бюст Ф,Ф. Радецкому в Габрово

По материалами Википедии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *