Боян Маг (Магесник)

Легенда о сыне Симеона Великого – Бояне Магеснике

В истории Болгарии было немало харизматичных личностей, чьи полные тайн жизни до сих пор вызывают огромный интерес. Одним из самых любопытных примеров остается жизнь Бояна Магесника, жившего в далеком Х веке – «золотом веке» Болгарии.

Одного его прозвища достаточно, чтобы вызвать любопытство. Тем более, что всякого рода магия и колдовство были достаточно опасным занятием на заре болгарского христианства.

Несмотря на то, что Боян был царским сыном, его имя практически не упоминается ни византийскими, ни болгарскими хронистами.

Его отцом был великий царь Симеон, а матерью – Мария Сурсувул (сестра одного из ближайших соратников Симеона – болярина Георгия Сурсувула).

О нем пишет лангобардский епископ Лиутпранд Кремонский, живший в средине Х века и посещавший Византию как канцлер короля Беренгара II, а позже – как посланник германского императора Оттона Великого:

Царь Симеон Великий

У Симеона было два сына, один по имени Баян, а второй – по имени Петр, который и сейчас жив и властно царит над болгарами. Боян, рассказывают, до такой степени изучил магию, что внезапно мог превращаться из человека в волка и любого другого зверя…

В своем исследовании, посвященном Бояну Магеснику, академик Иван Дуйчев указывает на то, что кроме Петра, рожденного второй супругой царя Симеона, у таинственного волшебника были и другие братья, в том числе сын царя от первой жены – Михаил, которого заставили постричься в монахи (после смерти Симеона он поднял восстание против Петра, занявшего отцовский трон).

Царь Борис II

Когда родился Боян, точно не известно. Вероятно, это произошло в Преславе в 908 или 910 году.  Год его смерти также точно неизвестен. По одной из версий он погиб в Константинополе от руки наемного убийцы примерно в 970 году. А «заказал» его, выражаясь современным языком, племянник – болгарский царь Борис II, известный гонениями на богомилов.

С другой стороны, еще в 949 году Епископ Лиутпранд пишет о царе Петре «и сейчас жив», скорее всего подразумевая, что его брат Боян уже умер.

Согласно византийским летописям, Боян был крещен и принял христианское имя Вениамин.

Большинство болгарских медиевистов считают, что Боян окончил знаменитую Магнаурскую (Мангаврскую) высшую школу в Константинополе (где обучался, а позже преподавал один из создателей славянской азбуки – Кирилл). Некоторые утверждают, что там его учителем был не кто-нибудь, а сам патриарх Николай Мистик. А одним из соучеников — будущий византийский император Константин VII Багрянородный (945-959). Есть версия, что параллельно он обучался в некой секретной школе, где избранных посвящали в тайны египетских жрецов. В своей книге «Болгарская народная медицина» известный целитель Петр Димков пишет, что в Константинополе в то время находился тайный филиал сообщества египетских жрецов – своеобразная всемирная академия наук:

В неё, как великого ученого, моралиста и филантропа приняли и Бояна Мага. Здесь он получил солидные познания про различным религиозно-философским и медицинским вопросам.

Однако, по мнению Дамяна Попхристова, Боян получил высшее оккультное посвящение в Сирии, которая в то время была эзотерическим центром всего Востока. В Константинополь он вернулся уже с изумрудным перстнем – отличительным знаком высшего уровня посвящения. Существует легенда, что в это время Вениамин полюбил дочь византийского императора Марию, которая позже вышла замуж за его брата Петра и стала болгарской царицей.

Насколько эти занятия магией в то время противоречили официальному христианству? Академик Дуйчев пишет:

Учитывая широкое распространение магии в византийском обществе, нам не должно показаться странным, что болгарский князь посвятил себя эзотерическим наукам. Не обязательно при этом предполагать, что он отрекся от православия и стал еретиком или язычником. Средневековые люди находили возможности примирять свои занятия магией и христианство. Не были редкостью случаи, когда представители византийской церкви усердно изучали магию и астрологию в самых различных их видах. Иногда так поступали даже сами императоры.

Добавим, что византийский патриарх Михаил Керуларий открыто сотрудничал с астрологами и алхимиками. 

В чем именно состояло колдовство царского потомка, нигде не объясняется. Очевидно, это навсегда останется тайной. Существует довольно много трудов, посвященных средневековой магии, практиковавшейся на Западе. Однако, исследования, посвященные тайным знаниям в Византии и Болгарии Х века на сегодняшний день, отсутствуют.  Известно, что магическое искусство было широко распространено в Болгарии, которая славилась множеством своих колдунов и колдуний, чьи имена не дошли до нас. Вероятно, они использовали магические ритуалы из практики праболгарской и славянской языческой традиции, во время которых призывали старых богов, считавшихся уже злыми духами.

Царь Петр I

После смерти Симеона Боян был вызван в Преслав и стал советником своего только что коронованного брата Петра.

Кстати, некоторые ученые считают, что слово «маг» в данном случае изначально означало не «волшебник» или «колдун», а «мудрец», и только в народных легендах трансформировалось в «магесник».

В столице он стал свидетелем многочисленных придворных интриг и заговоров.

Был момент, когда ему самому предложили занять престол. Боян решительно отказался. Если верить истории, записанной одним из первых апостолов богомильства Симеоном Антипой, Боян сказал, что он «царь другой державы и не может носить другую корону». Тогдашний патриарх Стефан, впоследствии ставший одним из первых учеников Бояна, передал ему в управление монастырь «Св. Параскева» в Великом Преславе.

Царский сын пренебрегал своим христианским именем, дворцовой жизнью, организованной по византийскому образцу, демонстративно носил праболгарскую одежду, интересовался старыми традициями, шаманскими практиками и древними знаниями.

Образ Магесника, несомненно, оказал сильное влияние на болгар того времени. В некоторых народных преданиях говорится о нем как о «песьеглавце» (человеке с собачьей головой). Особенно широко распространялись эти легенды в годы тяжелых испытаний болгарского народа – эпидемий, византийского владычества, татарских набегов и порабощения Болгарии османами. Вот краткий вариант одной из таких легенд:

«Князь-магесник хранил старый родовой закон и старые знания, был живой памятью болгар и их совестью, в него воплотился Дух-хранитель Болгарии. Он лечил и помогал народу, мог превращаться разных зверей, говорить на всех языках и с дикими животными, переноситься за один миг из одного конца Болгарии в другой.

Однажды Боян-Магесник решил уйти из мира и жить отшельником.

В глухом лесу в горах его очаровала и похитила самодива. Князь Боян остался вечно жить в ее глубокой пещере.

Шли годы, но он не старел и не умирал. Он никогда не спал, присматривая за своим народом. И народ не забыл его и продолжал почитать. Люди верили, что Боян Магесник жив и защищает свою землю.

Пришло время и для болгарского народа настали тяжелые времена. Случилась кровавая битва с врагами, те начали побеждать и конец был близок. Вдруг на вершине одной острой скалы появился большой огненный шар. Из него вышел человек, а скала обрушилась на врагов. Болгары узнали Князя Бояна Магесника. Те захватчики, что выжили после падения скалы, ослеплённые, ошеломлённые, пораженные его силой, побежали, а болгары победили и защитили свою страну»

Возможно, эта легенда стала отголоском реального исторического события. В «Истории Польши», написанной в XV веке Ян Длугош упоминает:

Два болгарских военачальника – Петр и Боян, начали войну против греков и одержав несколько побед настолько притеснили Константинову державу, что ее сила надолго была расстроена и уменьшена.

Изучение тайных знаний, вероятно существенно отразилось на отношении к Бояну Магеснику со стороны официального христианства. Он, царский сын, который мог бы сделать блестящую политическую, военную или религиозную карьеру, провоцировал духовенство и все общество своими «еретическими» взглядами. По мнению Петра Димкова, именно Боян создал богомильство, вернувшись в Болгарию после изучения тайн египетских жрецов. По другой версии 13 апреля 928 года в подземелье монастыря «Святой Праскевы» неподалеку от Преслава собрались 12 (по другой версии – 21) «апостолов», в том числе Боян-Вениамин, епископ Богомил, его сын – поп Йеремия и два мистика, прибывшие из Сирии. На этой встрече были заложены основы богомильства, объявленного позже ересью. Вениамин встал во главе новой веры и начал рассылать проповедников во все концы Европы.

Тайная комната в подземелье единственной сохранившейся до наших дней богомильской церкви в городе Яйце, Босния

Поп Богомил привел на собрание и одну женщину – Макрину, которая останется истории под именем Михаил Унгарец (Венгр).  В возрасте 176 лет, «нетронутая мужчиной», она стала первой женщиной – посвященным.  

Впоследствии женщины у богомилов имели право на высшее посвящение и могли достигнуть самых высших степеней в иерархии. Это огромное достижение даже с точки зрения современности, поскольку даже в наши дни нельзя говорить о полном равноправии женщин с мужчинами, особенно в религиозном смысле. И у католиков, и у восточно-православных христиан женщины не могут занимать высших духовных постов.

Также считается, что именно богомилы были одними из первых, кто начал специально заботиться об инвалидах. В Средневековье увечные обычно преследовались, изгонялись или изолировались, а иногда даже специально убивались, чтобы не они не мешали здоровым и не «объедали» их. А богомилы оказывали им помощь.

Первым и самым ревностным сподвижником Бояна, его правой рукой, самым активным радетелем и проповедником, и распространителем стал поп Богомил. Поэтому и учение стало известным под его именем, хотя в те времена термин «богомильство» еще не использовался.

Боян-Маг. Художник — Лили Димкова
Поп Богомил. Художник — Лили Димкова

В своей книге «Богомильские легенды» Николай Райнов отмечает, что известный основатель «Белого братства» Петр Дынов считал Бояна Мага и Попа Богомила двумя архангелами, спустившимися на Землю, чтобы «поддержать Христов импульс, потому что тот уже ослаб».

Император Византии Константин VII Багрянородный несколько раз принимал Бояна в своем дворце и сам стал богомилом. Это было величайшим завоеванием Бояна – если Византия влияла на Болгарию через супругу царя Петра, то теперь Болгария начала влиять на империю, и не через кого-то, а напрямую через императора. Константин стал не рядовым богомилом, а пресвитером. В его лице богомилы нашли мощного защитника в Византии против атак со стороны церкви и получили поддержку своей деятельности.

Постепенно представители учения по данным профессора Попхристова, значительно выдвинулись – Никита Странник (видный богомил и сподвижник Бояна) был назначен Константином VII главным магистром и управляющим византийскими колониями на востоке, Василий Византиец (один из первых апостолов) был назначен главным управляющим императорского двора, Светомир Македонец (также видный богомил) стал начальником наемных войск.

Монета с изображением императора Константина VII

Сегодня единственная полностью сохранившаяся богомильская церковь находится в катакомбах под городом Я́йце (Jajce / Јајце) в Боснии.

Многие авторы, пересказывая народные легенды, создали красивый идеализированный романтически-мистический образ болгарского народного защитника, создателя богомильства и просветителя.

Первым о Бояне Магеснике написал русский ученый-славист ХIХ века Юрий Венелин. По его мнению, царский сын Боян имел склонность к науке, словесности, поэзии и музыке. Его могли назвать волшебником в метафорическом смысле, например, как автора «волшебных» стихов. Ученый допускал, что прототипом Бояна, упоминавшегося в русском эпосе «Слово о полку Игореве», является харизматичный ученый и поэт – сын болгарского царя Симеона. Васил Пундев, однако, полагал, что поэт из «Слова о полку Игореве» не имеет ничего общего с болгарским Бояном Магесником.

Под влиянием Венелина Георгий Раковский также героизировал Бояна Магесника в своей поэме «Горски пътник». В «Народна българска песен» Раковский представляет князя как вождя болгарского войска, силой не уступающего своему отцу – царю Симеону Великому:

Трещи! Плющи! Боян напред върви,

клин си върти, път прави, Златна врата гледа!

Семо гърци троши, над глава му орле фърчи!

та уплаши мегкушави гърци, тии назад бягат!

Ей, Семо! Семо! Български царю!

Гром! Буря! Боян вперед идет,

Клин1 свой крутит, путь прокладывает, на Золотые ворота2 смотрит!

Симеон греков громит, над головой его орел летит!

Напугал трусливых греков, те назад бегут!

Эй, Симеон! Симеон! Болгарский царь!

1 Клин – представляет собой твердый кусок дерева или железа, сплющенный и заостренный на одном конце, который служит для раскалывания дерева, камня и т. д.,

2 На ворота в стенах Константинополя

Академик Александр Теодоров-Балан считал, что, в сущности, речь идет не о маге-колдуне в прямом значении этого слова, а о великом поэте, чьи произведения бесследно исчезли.

Какой была магия Бояна, был ли он настоящим создателем и вождем богомилов, вероятно навсегда останется одной из величайших тайн болгарской истории. С уверенностью можно сказать только то, что этот царский сын мог примирить дух язычества и каноны христианства – способность, которая выглядит достаточно загадочной даже для большинства наших современников.

Памятник Бояну, установленный недавно возле морского вокзала в Бургасе, вызвал в болгарском обществе крайне противоречивую реакцию: от возмущения до восхищения. Особенно резко против памятника выступили представители Болгарской православной церкви.

Во время работы над этим материалом я встретил довольно много ранее мне неизвестной информации о движении богомилов. Я не стал включать большую ее часть в этот материал. Возможно, через некоторое время я переработаю или дополню уже имеющийся материал непосредственно о богомилах.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *