Александр Барон: Снимаю своим сердцем

Фольклорные кадры — сияние души, убежден этнофотограф из Бессарабии

Как я уже говорил, среди моих друзей много талантливых творческих личностей, работающих в самых разных областях. В прошлый раз я рассказал про художницу и писателя Латинку Минкову, сегодня для рассказа о замечательном фотографе Александре Бароне я перевел его интервью для болгарской газеты «Дума» (Слово)

автор: Алёна Нейкова

Александр Барон родился в бессарабском селе Весёлая Долина (известное и по его болгарскому названию – Клешница), расположенном в Тарутинском районе Одесской области Украины. По образованию он учитель – преподаватель физики и информатики. Но после тяжелого времени 90-х годов ХХ века не работает по специальности. Утверждает, что не сожалеет ни о чем. Несмотря на то, что он с детства занимался спортом – тренировался в родном селе у своего двоюродного брата Виталия Барона и даже стал чемпионом в международных состязаниях по боевым искусствам (джиу-джитсу и карате), спустя годы он стал известен своими впечатляющими этнографическими кадрами. В Бессарабии почти каждый, кто желает быть увековеченным в народном костюме хочет, чтобы снимал именно Барон. Имя его превратилось в нарицательное, символизируя качественную фотографию, в которой есть душа и сердце.

— Как случилось, что Вы не просто стали фотографом, Александр, снимками, которые делаете, представляете красоту Бессарабии и людей, живущих на этой земле?

— Я загорелся фотографией несколько лет назад. И очень быстро понял, что мне больше всего нравится снимать: моменты воссоздающие болгарскую культуру, которая уже больше 200 лет сохраняется людьми на территории нынешней Украины. Все, может быть, началось с моего путешествия в Болгарию, на один фольклорный сбор (фестиваль), где я познакомился с родолюбивыми людьми (людьми, любящими свой народ), привез оттуда много снимков. Когда опубликовал их, почувствовал, что хочу показать, что делаем мы, бессарабские болгары, как живем, работаем, развлекаемся…

— Все эти и многие другие моменты Вы собрали в фотовыставке, представляющей героев фильма «Место силы» украинского режиссера болгарского происхождения Татьяны Станевой

— Да, это так. Я рад, что люди имели возможность увидеть эти снимки в Софии. С Татьяной мы познакомились благодаря фейсбуку, она поделилась своей идей, но я вначале вообще не мог понять, какова роль фотографа в этом фильме. Самый главный аргумент для меня и самый большой стимул была возможность вернуться в село – не важно, в мое родное или в какое-то другое. До этого ездил несколько раз в Чушмелий и там уже меня знали. Начали снимать. Была небольшая команда: Таня, два оператора — Ян Лелюк и Димитр Богач, и я — фотограф. Каждый из нас отвечал за несколько вещей, не только за свое направление. И так получалось, что помогали друг другу. Вначале было условлено, что я просто снимаю бэкстейдж фильма, как его обычно делают. В первые дни выбирал по 10 самых лучших фото, публиковали их на фейсбук странице фильма, люди писали комментарии, а для нас было важно понять – делаем ли то, что нужно, как это принимают… Реакция наших друзей в социальных сетях зажигала нас все больше. Продолжал снимать, в итоге кадров стало тысячи, вернувшись домой, отбирал, снова делали публикации. И когда мы увидели, какие фотографии у нас есть, то не могла не родиться такая идея – сделать выставку, потому что у нас есть снимки, которые сами говорят.

Съемочная группа фильма «Место силы»

— Есть ли у Вас любимый кадр?

— Их несколько. Режиссер сделала исключение и разрешила включить в мою фольклорную выставку «Болгарское в нас», которую представил еще до того, как был готов фильм, две фотографии из «Места силы». Речь идет о фотографии самой Татьяны в народном костюме и еще одно из первых черно-белых кадров сюжета. Но больше всего трогают мое сердце лица бабушки Варки и бабушки Марии – их глаза, морщины их можешь рассматривать тысячи раз и всякий раз открываешь в них что-то, чего не видел раньше.

— Что Вас самого впечатлило во время съемок фильма? Прослезились ли вы хотя бы один раз тогда?

— Делал это по несколько раз в день. Не могу по-другому. Потому что это не профессиональные актеры, а реальные люди, которые все пережили, имели очень тяжелую судьбу. Их истории настоящие. Не знаю, кем надо быть, чтобы искренне не заплакать.

— Что больше всего тронуло Ваше сердце?

— Каждая из историй этих людей. И бабушка Варка с рассказом о ее ткацком станке, сколько времени не расставалась с ним и со всем, что делала своими руками долгие годы. Бабушка Мария с историями о голодоморе в Бессарабии в 1946-1947… И дедушка Георгий, который был репрессирован и отправлен в Сибирь, его трогательные рассказы о его жизни… Для нас, для всей съемочной бригады открылось что-то новое и мы очень впечатлились увиденным и услышанным.

— Что вы делали после окончания съемок?

— Фильм дал мне стимул исследовать свою историю, искать мои корни, интересоваться некоторыми архивными документами. Однако, мне не хватает времени это делать. По отцовской линии наш род из Арцизского района, села Делень (Дивитлии), по материнской – из Болградского района, село Голица. Но, еще не могу точно установить из какого места в Болгарии переселились наши предки и откуда пошла наша фамилия, потому что она не является типично болгарской. Не собираюсь останавливаться в изучении того, что для меня важно.

— Вас называют самым известным этнофотографом в Бессарабии. Как вы относитесь к таким определениям?

— В первый раз, когда я услышал что-то подобное, сказал: «Нет, это точно не про меня!». Потому что я даже отрицал, когда мне говорили, что я профессиональный фотограф. Когда начал снимать, ездил по селам, по сборам, по фестивалям на собственные средства, сам себе все обеспечивал. Меня больше всего впечатляло, когда видел, как дети выкладывали в различных социальных сетях свои фотографии в старых аутентичных народных костюмах. И, когда сделал свою первую фольклорную выставку в Украине, она была именно в селе Криничное (Чушмелий), люди ее увидели и начали приходить ко мне и говорить: «Хочу, чтобы у моей дочери был такой снимок». Отвечал им: «Нет проблем – от вас народный костюм и дочь, плюс ее желание сниматься, а остальное за мной, сделаю все что смогу». Так появилось много интересных фотографий. Это стало сюрпризом и для меня самого.

— Вы знакомы с болгарским этнофотографом Асеном Великовым?

— О, он – главный виновник много из того, что со мной случилось. Прежде чем я познакомился с ним, целый год рассматривал его снимки, был впечатлён и вдохновлен, но не мог понять, как он это делает. После того, как мы встретились, были два дня на сборе «Магията на Рила планина» («Магия Рильских гор») по приглашению Ивайло Шопского, много разговаривали и я видел, как Асен снимает, как он «схватывает» некоторые кадры, которые он называет «украденные мгновения». Понял ценность таких фотографий, и как они влияют на возрождение национальной культуры. Когда вернулся в Украину, осознал окончательно, что этнофотография – моё. Фольклор снимаю душой и сердцем.

С Асеном Великовым

— Ваша дочь, Юлиана – среди моделей Асена и ее снимок стал ведущим на его прошлогодней выставке. Завидуете ли ему, что он смог сделать самый лучший кадр с Вашим ребенком?

— Мы были тогда вместе, он был у нас в Бессарабии. Я тоже снимал, может быть сантиметров на 30 в стороне. Но каждый из нас делает свои кадры и они, разумеется имеют различия. Несомненно, я очень гордился как отец, когда фотография моей дочери стала акцентом выставки Асена в Софии. Мы хотели приехать, но не получилось, не видели этой экспозиции. Больше всего меня впечатлило, когда мне прислали снимок огромного плаката с этим кадром с Юлианой, вывешенного на здании Царского дворца. (Сегодня в здании Царского дворца располагаются Национальная художественная галерея и Национальный этнографический музей).

— Есть ли у Вас фотография, связанная с фольклором в Бессарабии, с которой никогда, ни за какие деньги вы бы не расстались?

— Вообще не продал ни одного снимка. Все фотографии мои собственные. Я автор и это моя гордость. Для меня главнейшая миссия фотографии – идти по свету, зажечь хотя бы еще одно сердце, или два…И это делает меня счастливым человеком.

— На старогреческом «фотография» означает «техника рисования светом». Что бы Вы добавили к этому определению, имея в виду, что снимаете фольклор, бессарабских болгар?

— Фольклорный снимок — это свет солнца, сияние души, блеск глаз… Переодеваясь в народный костюм, люди, а это не профессиональные модели, выглядят по-другому. В современной одежде и с косметикой они кажутся скрывающимися под некой маской. А аутентичная народная одежда делает их настоящими, дает им искренность. Было много моментов, когда кто-то со мной здоровается, а я его не узнаю. Оказывается, что я их снимал когда-то, но тогда они были не в джинсах, а в красивых рубашках с вышивками, с сукманами, с гайтанами (шнурами)

— Что вдохновляет Вас делать такие впечатляющие снимки?

— Может быть обратная связь с моими моделями. Снова повторю, когда вижу, что они выкладывают фотографии, на которых одеты в народные костюмы, в свои профили в социальных сетях, это меня вдохновляет. Знаю, что и их подруги рассматривают эти снимки, одобряют их, пишут комментарии. Спрашиваю их иногда: «Что говорят?». Оказывается, что и они хотят иметь такие снимки в народной одежде, выглядеть так.

— Есть ли другие неожиданные моменты, являющиеся своеобразным отзвуком Ваших фотографий?

— Бы очень удивлен в прошлом году, летом, когда двое юношей пришли познакомиться со мной. И сказали. «Нам очень нравятся Ваши снимки». Я делюсь своим опытом с каждым, кто прооявляет любопытство и желание, своего рода моими последователями. Не знаю, какой мне интерес скрывать что-то, потому что то, что я делаю не является чистым бизнесом. Генеральная идея в фольклорной фотографии – зажечь сердца людей.

— Были ли случаи в работе, которые Вы всегда будете помнить?

— Самые яркие мои впечатления до сих пор — от работы над фильмом «Место силы». Это было незабываемое переживание и прекрасный опыт в подобном направлении.

— Что для Вас фольклорная фотография – хобби или миссия?

— Снимки, которые я делаю, запечатлевают сегодняшний день, который наши потомки смогут увидеть в будущем. Потому что завтра уже многих вещей не будет, все мало-помалу уходит. Не можем все сохранить, иногда поздно понимаем, насколько это ценно.

— Если попадете в ситуацию, когда кто-то нуждается в помощи, что сделаете: будете снимать трагедию или подадите ему руку?

— Когда я был маленький, дедушка мне всегда говорилл: «Саша, всегда будь человеком». Это на первом месте – человечность. Фотографирование, съемка – когда есть желание и возможность. Но не что-то большее.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *